Дмитрий Сергеевич Лихачев:
Что касается желания и стремления создать символ нового Петербурга, то он уже есть – это адмиралтейский кораблик и герб нашего города, и Медный всадник, и ангел на Петропавловской крепости. Так что, все это перечеркнуть новым символом на здании бизнес-центра? Что он будет символизировать – упоение бизнесом?
(Из интервью газете «Санкт-Петербургские ведомости», 1994)
В Санкт-Петербурге нельзя ничего строить выше карниза Зимнего дворца. Мы случайно получили в наследство потрясающий город, и трогать его абсолютно нельзя.
(Из выступления на круглом столе в Санкт-Петербурге, 21.07.2006; источник – ИА Regnum )
Угроза исключения Петербурга из списка всемирного наследия ЮНЕСКО может стать реальной. Мы случайно получили потрясающий город. В центре ничего не надо строить выше Зимнего дворца -23,5 метра. Но и в этом случае инвестор должен доказать, что нам станет лучше, а туристическая привлекательность Петербурга не будет уничтожена.
(«Город 812″, 24.07.2006)
Это, конечно, будет уродство. Это станет позором для города и для тех, кто это сделает.
(Из интервью для «Би-би-си», 04.10.2007; источник news.bbc.co.uk )
Высочайший пример наглости: построить ЭТО напротив Смольного собора, и самоутвердиться. Этого не должно быть. И с этим, конечно, надо бороться!
(эфир «Эхо Москвы», 07.09.2009)
Наше мнение отрицательное. Я как министр культуры против строительства такой башни, мое мнение разделяют и другие сотрудники министерства. Мы будем принимать решительные меры, чтобы не допустить возведения небоскреба
( Би-би-си 8.10.2009; источник www.bbc.co.uk)
Те, кто считает, что они выдержали этот экзамен, конечно, проголосуют за «Газпром», который закроет весь наш город, все соборы. Те, кто, подобно мне, считают, что они получили не то что «неуд», а уволены за профессиональную непригодность, согласятся, что вообще по городу архитекторам надо подходить на цыпочках. Сделать очень трудно, а испортить – тьфу.
(эфир «Радио Свобода», 05.12.2006)
Прежде чем поставить что-то в Петербурге, надо десять раз подумать! Взять, например, стелу на площади Восстания. Вроде и поставлена она по благородному поводу. Не так уж и высока. Но не прижилась она в интерьере нашего города. Так давайте зададим себе вопрос: сможет ли прижиться такой чудовищно гигантский новый символ, каким является небоскреб «Газпром-сити» в нашем Петербурге?
(Из статьи в «Новой газете» «Без башни!», 08.06.2007 )
Башня «Газпрома» будет выглядеть в историческом центре Петербурга, как шрам на лице красивой женщины
(Из статьи в газете «Санкт-Петербургские ведомости», 22 ноября 2006)
Санкт-Петербург находится на краю пропасти – стратегические инвесторы приходят из Москвы, воспитанные московской практикой, все не ограничится одним небоскребом, речь идет о сохранении национальной культуры.
(Из выступления на круглом столе в Санкт-Петербурге, 21.07.2006; источник ИА Regnum )
Центр Санкт-Петербурга – это ансамбли, выполненные в том или ином стиле. А стиль – это ограничение свободы автора неким регламентом. .. Необходимо ввести ограничения, поскольку иногда наносится прямой ущерб уникальным ансамблям Петербурга.
(Из интервью на http://stroipuls.ru/ 16.09.2008)
У нас нет 30-метровой статуи Петра I где-нибудь возле Стрелки, нет небоскреба в «Новой Голландии». Если бы еще удалось сдвинуть Газпром к Ладожскому озеру, то можно было бы сказать, что Петербург устоял в сложное время.
(Из интервью на http://stroipuls.ru/ 16.09.2008)
В условиях рыночной конкуренции этические принципы не работают. Более того, чем строже цеховая этика, тем выше прибыли отдельных «нарушителей конвенции», тем популярнее они в среде заказчиков. Хотя консолидированное выступление членов Союза российских архитекторов против башни Газпрома было очень мощным, иностранный штрейкбрехер все-таки нашелся… Нужны не этические нормы, а правовые.
(Из интервью на http://stroipuls.ru/ 16.09.2008)
У нас нет пункта в антимонопольном законодательстве, который не разрешал бы одной компании заниматься инвестициями, функциями заказчика, генеральным подрядом, проектированием объекта. Архитекторы, работающие в этих компаниях, не испытывают личной ответственности за проект.
Это приводит к снижению качества городской среды.
(Из интервью на http://stroipuls.ru/ 16.09.2008)
Если в «Газпроме» считают, что им можно строить в Петербурге все, что заблагорассудится, то такое же право должно быть предоставлено всем желающим. Вот мы с товарищами по цеху (а это «Митьки», художники Юлий Рыбаков, Виктор Богорад, Марк Борнштейн и другие) решили предъявить не менее авангардные градостроительные решения.
(Из выступления на открытии выставки градостроительных идей «Под колпаком у Миллера», 08.11.2006)
Небоскреб «Газпром-Сити» — это издевательство над великими архитекторами Санкт-Петербурга, который строился три века по определенным канонам.
(Из выступления на открытии выставки градостроительных идей «Под колпаком у Миллера», 0.11.2006)
Они вламываются бескультурной денежной массой в исторический центр Петербурга… Фомы, не помнящие родства.
(Из статьи в журнале «Rolling Stone» «Рок-музыканты взбунтовались против строительства «Газпром-Сити», 05.03.2007)
Я нормальный человек. Я видел мир. Я много где побывал и видел много странных мест. Небоскрёб «Газпром-сити» на неброском охтинском ландшафте — это как плевок дьявола.
(Из статьи в ИА «Росбалт», 31.01.2007)
Мне бы хотелось, чтобы питерские власти относились к потрясающему памятнику, историческому и архитектурному с большей любовью и не портили облик города тем, что сейчас там происходит.
(«Наше радио», 13.09.2009)
Небоскреб Газпрома… — это удовлетворение чьих-то амбиций за откаты? От этого руководители должны бы умереть от позора.
(Из статьи в ИА «Росбалт», 21.11.2007)
Нам хотят показать, что законы – это для нас, а для тех, кто наверху, закон неписан.
(Из интервью сайту «Театральные Новые известия», 01.03.2010)
Если их не остановить, они, как колорадские жуки, съедят все в Петербурге, останутся огрызки.
(Из интервью «Новой газете», 23.11.2006 )
Повяжите на сумку или одежду синюю ленточку – символ защиты небесной линии Петербурга. Это знак солидарности тех, кто не готов мириться разрушением города.